Месопотамия: истоки цивилизации

Часть II
Великое перемещение
Глава 4. Появление цивилизации
4.2. Месопотамия: истоки цивилизации

Долина рек Тигр и Евфрат (Месопотамия — название римской провинции, закрепившееся за этой территорией) была заселена лишь примерно в 5700 году до н.э. Для этой территории характерны длительное жаркое лето и суровые холодные зимы. Вдали от рек наблюдается дефицит воды, хотя почва при орошении являлась очень плодородной. Однако здесь почти не было никаких полезных ископаемых — ближайший камень добывали в пустыне к западу от Эриду, ближайшие месторождения меди находились в Иране и Анатолии. Древесины вообще было мало — ее привозили с гор на севере и востоке, а лучшую (кедр и тополь), используемую на постройке храмов, везли с гор Ливана.

4.2.1. Начало

На первый взгляд эта территория кажется неподходящей для первого возникновения цивилизации примерно в 3000 году до н.э. С другой стороны, вполне вероятно, что именно тяжелые условия потребовали большей степени социальной организации с самого начала заселения. Когда первые земледельцы начали возделывать здесь землю, они обнаружили, что на юге долины почти не бывает дождей, а уровень воды в реке самый низкий в период с августа по октябрь — именно когда только что посаженные растения нуждаются в самом щедром поливе. Осенью и в начале лета воды больше всего, и урожай надо защищать от наводнения.

Карта 5. Города Шумера

Таким образом, самым необходимым был контроль над водой, создание ее запасов и орошение земель. Все это требовало не столько сильного централизованного государства (оно появилось позднее), но хотя бы относительно высокого уровня взаимодействия между земледельческими общинами. Вероятно, оно стало образоваться вокруг родственных групп, и первоначальные поселения были достаточно большими. Например, селение Чога Мани к востоку от Багдада, датируемое примерно 5500 годом до н.э., занимало площадь 15 акров и имело население в 1000 человек.

Основное преобразование произошло на дальнем юге, в месте, известном как Шумер. Неизвестно, были ли сами земледельцы шумерами (известными примерно с 3000 года до н.э.), или же шумеры пришли сюда позже. Однако первое предположение кажется более правдоподобным, так как очевидно, что жизнь в основных центрах этого региона продолжалась в течение всего этого длинного периода.

Ранняя стадия, со времени первых поселений и примерно до 4000 года до н.э., известна как Убайдский период — по названию основных раскопок. Она характеризуется несколькими основательными деревнями, такими как Эриду, Усайла и Ур. Они строились из глиняно-тростниковых кирпичей и были окружены общинными полями. Ранние храмы могли представлять собой хранилища продовольствия для всей общины. Крестьяне также пользовались тем, что давали болота, они использовали каноэ и рыболовные сети.

Эти деревни были центром религиозной жизни и церемониальной деятельности, а некоторые стали довольно большими. Например, храм в Эриду, построенный около 4500 года до н.э., был самым большим во всем регионе — он занимал площадь в 4 акра и вмещал около 5000 человек. Такую же территорию занимали некоторые первые города в Юго-Западной Азии, такие как Катал Гуюк. После 4000 года до н.э. и Эриду, и Ур в течение 500 лет продолжали расширять свою территории до площади в 25 акров, а их население следило за оросительными каналами длиной в три мили. Платформа храма в Эриду также была увеличена. Очевидно, что эти храмы были центральными для многочисленных общин Шумера. Однако найденные захоронения Убайдского периода дают мало свидетельств значительного социального и имущественного расслоения.

4.2.2. Урук

Основной период развития цивилизации, продлившийся примерно в течение тысячи лет с 4000 года до н.э., известен как Урукский — по названию места главных раскопок. Первоначально он выделялся в отдельную фазу из-за изменения в стиле керамики от расписных изделий, типичных для Убайда, до одноцветных, сделанных на гончарном круге. Однако теперь становится очевидным, что за этот период произошел ряд фундаментальных изменений, которые усилили драг друга и в результате вызвали появление абсолютно иного общества, с первым в мире значительным государственным контролем.

Излишек продовольствия с орошаемых полей был совершенно необходим для обеспечения целого круга незанятых в сельском хозяйстве людей, он также обменивался на сырье из близлежащих областей. Растущая специализация внутри общества вела к более сильному расслоению и неравенству. Наряду с религиозными властями появлялись и набирали вес светские лидеры, а также армия и военачальники. Элита жила в быстро растущих поселениях, которые превращались в настоящие города. Одновременно производились первые попытки отливать металл.

Природа этих преобразований легче всего прослеживается в Уруке, ставшим главным городом Шумера. Примерно в 3600 году до н.э. был построен храмовый курган, так называемый зиккурат, который в последствии постоянно расширялся. Церемониальные комплексы, посвященные богам Эанна и Ану, были построены на массивных платформах, с тщательно разработанными подходом и планами, сложными нишами в стенах и с колоннами шести футов в диаметре. К 3000 году до н.э. население города, вероятно, насчитывало 40 000 человек. Он далеко превосходил все предыдущие человеческие поселения и был более чем в два раза крупнее любого другого города в Шумере.

Значительный объем трудовых ресурсов, необходимых для выполнения таких работ, был организован храмовыми властями и зарождающейся светской властью. Первая примитивная письменность для управления разнообразными государственными делами появилась около 3400 года. Большая территория вокруг Урука обрабатывалась скорее экстенсивными, чем интенсивными методами, руками людей из зависимых городков и деревень, лежащих в радиусе 6 миль от Урука. Каждое такое поле имело свою собственную небольшую оросительную систему. Отношения между этими городками и деревнями и городом были сложными. Божества города привлекали паломников из числа местного населения и их пожертвования — добровольные или вынужденные, а военные и политические власти города силой изымали «дань» и «налоги» (то есть экспроприировали сельскохозяйственные излишки) на оборонительные и государственные нужды.

4.2.3. Ранние династии

Хотя Урук развился больше, чем все остальные города Шумера, к 3000 году до н.э. по всему региону образовалось несколько городов-государств, окруженных оборонительными стенами и зависевших от производства продовольствия окрестным населением. Этот период между 3000 и 2300 годами до н.э. известен как период Ранних династий. Хотя он часто подразделяется на несколько фаз, это разделение происходит лишь от стилистических изменений в керамике и печатях и не имеет более широкого значения.

В этот период города-государства находились в состоянии перманентной войны друг с другом за жизненно важные ресурсы — землю и воду. Например около 2500 года до н.э. Лагаш вел 150-летний конфликт с Умма из-за своих границ. Так называемый «Шумерский список царей» был написан около 1800 года, но по большей части является мифологическим, с его помощью трудно установить последовательность правителей (хотя он и содержит ряд настоящих имен) или узнать, какой из городов-государств был главнее.

Некоторые правители имели титул «Царей Киша» — что, вероятно, подразумевало какое-то главенство. Например, во время конфликта с Умма правители Лагаша постоянно ссылались на решение царя Месалима — «царя Киша» — в 2600 году до н.э. как обязательное, но почему оно считалось таковым — неясно. Тем не менее осталось достаточно свидетельств, рассказывающих нам, как функционировала первая цивилизация в мире.

До недавнего времени считалось, что Шумер состоял из нескольких «храмов-государств», где храму принадлежала вся земля, жители рассматривались как храмовые слуги различных рангов, а светский правитель был лишь помощником главного жреца. Теперь стало ясно, что это заблуждение, основанное на неправильной расшифровке в 1930-х годах единственного архива из храма в Гирсу. Ныне принятая схема функционирования шумерского общества абсолютно другая. Большая часть земель находилась во владении семейств, а «храмовые» поместья были собственностью правителя города и его семьи, и он имел право распределять эти земли между своими сторонниками. Правитель был защитником города перед лицом городского божества, он содержал храмы, и его статус зависел от его отношений с этим божеством. Городской правитель проводил основные церемониалы вместе со священниками, а царская семья занимала некоторые важные должности в церковной иерархии. Таким образом, не было разделения между церковной и светской властью.

Для постройки и содержания храма с его внутренним залом, содержавшим статую божества из металла и драгоценностей, требовались значительные усилия всей общины, а существование храма являлось залогом самосознания общины как отдельной единицы. В каждом городе было свое божество: Энлиль — в Ниппуре, Энки — в Эриду, Нанна — в Уре. Теоретически каждый храм контролировал большие участки земли. Некоторые наделы обрабатывались крестьянами, которых обязывала заниматься этим община. Ежедневные поставки продовольствия с этих наделов предназначались для служителей храма. Однако другая земля предназначалась для людей, занимающих разнообразные должности в храме — обычно это были члены правящей семьи и другие представители элиты. Количество получаемого продовольствия зависело от статуса человека. Многие храмовые должности являлись не более чем наследственными синекурами, и сопутствующие им земельные наделы начинали также передаваться по наследству. Оставшаяся храмовая земля просто сдавалась в аренду местным жителям и их семьям. При храмах имелись обширные мастерские, в которых были заняты профессиональные ремесленники, продовольствие для которых предоставлялось из храмовых поместий. Эти мастерские были крупными коммерческими предприятиями, чья продукция продавалась и обменивалась отдельной группой купцов.

Дворец (эгал — дословно «большой дом») был резиденцией правителя или лугала («большого человека»). В некоторых городах дворец находился на прихрамовой территории (хотя это не обязательно означало подчинение религиозным властям), однако в других городах, особенно на севере, он являлся отдельным зданием. Дворец служил резиденцией правящей семье и ее слугам, при нем имелись собственные мастерские, он был центром административной власти и местом хранения государственной казны. Большинство дел, вершимых во дворце, имели отношение к лугалу как к богатому и могущественному члену общины, а также к его главному юридическому помощнику и важным религиозным событиям либо вопросам управления обширными поместьями правителя.

До нас дошли свидетельства о том, что города управлялись некоей формой собрания старейшин, представляющих собой «опекунов» города, которые вполне могли состоять в родстве между собой. Тем не менее основной функцией правителя было руководство в случае войны — очевидно, именно это стало основным фактором в развитии светской власти.

Правители могли сначала быть временными военачальниками (вероятно, даже выборными) — но очевидно, что примерно к 2600 году до н.э. эта должность становится наследственной, а правители превращаются в настоящих монархов. Точный титул правителя отличался в разных городах, некоторые именовались лугал, некоторые — энси, хотя причины таких различий неизвестны. Символы их власти были сходными и с тех пор не изменились — шапка (корона), жезл (скипетр) и сиденье (трон).

Военные действия были основным занятием шумерских городов-государств. Самые ранние цилиндрические печати периода Урук (4000 год до н.э.) изображают битвы и военнопленных. В период Ранних Династий, примерно после 3000 года до н.э., так называемый Царский штандарт из Ура (деревянный объект, реальное предназначение которого нам неизвестно) и «Стела с грифами» из Лагаша (датируемая 2450 годом до н.э.) изображают битвы и армии.

Армии, скорее всего, набирались из рекрутов, которые служили, выполняя часть своих повинностей перед государством. Основой армии была пехота, ее вооружение состояло из топоров, больших кожаных щитов и копий. У пехотинцев не было мечей, так как имевшаяся в Шумере медь была слишком мягкой для заточки, но у них имелись примитивные кинжалы. Вождь перемещался на колеснице с большими прочными колесами, запряженной ослами. Таким образом, требовались развитые технологии как для постройки колесницы, так и для обучения животных. Надо полагать, что ослы являлись лишь символом статуса, так как сражались вожди пешими.

Города Шумера были очень уязвимы в случае занятия противником земель, с которые в них поступало продовольствие. Осада с использованием таранов и осадных башен была основной стратегией военных действий. При захвате города стены обычно разрушали, мужское население убивали, захватывали в рабство или ослепляли, а женщин и детей превращали в рабов.

<-- Цивилизация
Месопотамия: расширение и завоевания -->

Цивилизация

Часть II
Великое перемещение
Глава 4. Появление цивилизации

Излишки продовольствия, производимые первые крестьянскими общинами, означали, что почти все они становились все более иерархическими и неравными. Вожди и религиозные лидеры контролировали большую часть излишков и распределяли их в соответствии со своими приоритетами. Делая это, они добивались все большего контроля над своими соплеменниками. Они также вступали в конфликты с другими группами, особенно из-за земли и доступа к воде, что еще сильнее усиливало контроль внутри сообществ.

Сообщества на этом уровне развития существовали практически по всему миру в течение тысяч лет: на большей территории Европы — до последнего тысячелетия, в Америке — до разрушения коренного уклада жизни европейцами после 1600 года н.э., а кое-где в Африке — и до конца XIX века.

4.1. Цивилизация

Кое-где некоторые сообщества безо всякого внешнего влияния пошли намного дальше и превратились в государства. Здесь были созданы организации и институты, культура — словом, все то, что мы сейчас называем цивилизацией. Это происходило не более шести раз за всю человеческую историю — в Месопотамии, в долине Инда, в Китае, Месоамерике и в Центральных Андах. По традиции в этот список включают обычно Египет, так как это первая ранняя цивилизация, изучением которой занялись европейцы, — однако можно предположить, что Египет испытал влияние Месопотамии.

Эти сообщества были выделены благодаря наличию нескольких сходных черт — они содержали многочисленную элиту, не производящую продовольствие: священников, правителей, бюрократию, ремесленников и воинов. Эти люди жили главным образом в городах и правили остальным населением, взимая разнообразные налоги и дани. В городах возникли целые комплексы общественных зданий — храмы, дворцы, зернохранилища, многие из которых были внушительных размеров. Эти общества имели более сложное экономическое и социальное строение, чем группы земледельцев, а вдобавок строго ограничены территориально. Многие разработали ту или иную форму письма для ведения своих организационных записей.

Эти изменения не произошли автоматически в связи с переходом к сельскому хозяйству. Нельзя вычленить факторы, способствующие возникновению цивилизации. Месопотамия находилась в большой плодородной, а позднее и орошаемой долине Тигра и Евфрата. В Китае эволюция сконцентрировалась у рек Хуанхэ и Янцзы. Цивилизация Хараппан возникла в долине Инда, а Египет зависел от узкой долины Нила и его ежегодных разливов. Первые цивилизации в Перу развились в узких прибрежных долинах, изолированных друг от друга вклинившейся пустыней. Тем не менее в Месоамерике первые цивилизации появились в очень негостеприимных местах — таких, как побережье Мексиканского залива или тропические джунгли.

Технологии не играли главной роли в этих переменах — значительные события, такие как первое использование металла, обычно следуют за появлением цивилизации (американские вообще обошлись почти без использования металлов). Одновременно рост городов был следствием, а не причиной этих перемен.

Ни одна причина по отдельности не может объяснить все сложные социальные, экономические и политические изменения, приведшие к возникновению «цивилизации». Производительность труда первых крестьян, составлявших подавляющее большинство населения, была очень низкой. Некоторые речные долины могли бы давать больше продовольствия, чем другие земли, — но при имеющихся тогда технологиях никакое увеличение производительности труда отдельных крестьян не было возможным. Таким образом, основные изменения произошли в организации этих сообществ. За период в несколько тысяч лет уровень могущества и власти внутри этих обществ сильно изменился, что привело еще к более сильному неравенству. С развитием сельского хозяйства самыми важными факторами были «эффект храповика» и принцип обратной связи. Движение в каком-либо направлении уже не повернуть вспять, и изменения в одной сфере общества сильно влияют на все остальные сферы, усиливаются и далее по спирали.

Вероятно, сначала излишки продовольствия отдавались добровольно на обеспечение религиозной деятельности и для вождя, который пользовался ограниченной властью внутри сообщества. Однако с развитием и усложнением общественной структуры степень внутреннего неравенства постоянно увеличивалась. Предводители пользовались все большей властью, возникали все новые институты и типы полномочий — экономические, идеологические, военные и политические, — способные усилить перераспределение излишков среди незанятых в сельском хозяйстве. Неравенство все больше расслоило общество, так как некоторые его представители накапливали все больше влияния и богатства. У одних было больше земли, а другие обладали религиозной, военной или политической властью.

Важной частью этого процесса были конфликты с другими группами (по большей части за землю) — они усиливали необходимость в лидерстве и военной силе и выстраивали внутреннее управление в обществе. До каких-то пределов люди видели выгоду в наличии власти — защиту, порядок и обеспечение отправления важных религиозных функций. Но в итоге долгого процесса развития перечисленные нами ранние цивилизации выделились среди других обществ именно из-за того, что обладали более сложной системой внутренней организации и крайне неравным распределением имеющихся ресурсов. В руках элиты было сосредоточено так много власти, что она могла обеспечить продолжение изъятия излишков у земледельцев и насильно принуждать их к исполнению государственных и религиозных повинностей наряду со службой в примитивных армиях.

Оставшаяся часть главы посвящена этим изменениям в Месопотамии (наиболее изученной области), Египте и долине Инда. Она рассматривает два аспекта, общих для всех трех цивилизаций, — развитие технологий и возникновение письменности. Следующая глава имеет дело с событиями в Америках и в Тихом океане, развитию Китая посвящена глава 7.

<-- Обзор II
Месопотамия: истоки цивилизации -->

Обзор II

Мир в 5000 году до нашей эры

Население: 5 миллионов

Города: Эриду (4000), Убайд (2000), Ур (2000)

События:

• Первые деревни с храмами в Шумере
• Первая выплавка меди в Анатолии и Эламе
• Первые земледельческие поселения на реках Янцзы и Хуанхэ в Китае - одомашнивание кур и свиней
• Первые земледельческие деревни в долине Инда
• Первые сельскохозяйственные поселения в Италии, на Балканах, в долине Дуная и в Центральной Европе
• Появление прообраза письма на клеймах и символах в Шумере

<-- Влияние земледелия
Цивилизация -->

Влияние земледелия

Часть II
Великое перемещение
Глава 3. Растения и животные
3.6. Влияние земледелия

В течение 7000 лет после 10000 года до н.э. по всему миру были одомашнены растения и животные, а большинство людей оставили кочевой образ жизни. Поселившись в деревнях, они начали выращивать урожай и ходить за домашними животными. Группы охотников и собирателей имели мало собственности, а их внутренняя структура была уравнительной. Вероятно, некоторые могли умело делать те или иные инструменты или отыскивать какую-то особую пищу, один или двое старейшин были ответственны за традиции и верования группы и, таким образом, имели особый статус. Но никто не владел землей и другими ресурсами — они принадлежали всем, кто в них нуждался. Пища делилась между членами группы.

Все это поменялось с приходом земледелия. Необходимость полей для выращивания разных культур и лугов для выпаса скота означало, что и земля и ее продукты должны были кому-то принадлежать — сначала общине, а потом и отдельным ее членам. Самым важная перемена состояла в том, что, хотя земледелие требовало больших усилий, чем охота и собирательство, оно производило и больше пищи — намного больше, чем мог употребить земледелец и его окружение. Этот избыток продуктов и лег в основу всех позднейших социальных и политических изменений. Он мог быть использован для обеспечения людей, не занятых в сельском хозяйстве — ремесленников, религиозных деятелей, а также политических и военных лидеров. Главное — кто и как забирал этот избыток у земледельцев.

Вероятно, сначала излишек отдавался добровольно, особенно для поддержки религиозных функций, так как в них нуждалась вся община. Однако даже относительно небольшие земледельческие сообщества, по-видимому, обладали развитой иерархией, они возглавлялись вождями и предводителями кланов, которые обладали властью перераспределять избыток продовольствия. Таким образом, не-земледельцы были вынуждены рассчитывать на эти механизмы для того, чтобы выжить. В течение долгого времени механизмы перераспределения становились, вероятно, все и более и более принудительными.

Переход к земледелию имел и другие важные последствия. Хотя некоторые жилища, построенные полукочевыми группами охотников и собирателей, могли быть довольно сложными, как только люди начали селиться на одном месте, дома стали становиться все совершеннее. На территории Юго-Западной Азии обычными были дома из высушенных на солнце глиняных кирпичей (обычно с плоской крышей), в то время как в Центральной и Западной Европе, а также в Китае нормой были деревянные дома. Оставив кочевой образ жизни, люди стали использовать и новые технологии. Так как необходимо было в течение года где-то сохранять урожай, люди стали строить большие амбары и хранилища. Необходима была и вода, поэтому везде (в Юго-Западной Азии около 6000 года до н.э) люди начали делать глиняные горшки — сперва просто обжигая изделия на открытом огне. Большинство групп охотников и собирателей использовали палки для копания, ими же пользовались и первые земледельцы, чтобы сажать семена. Затем пришел черед деревянных мотыг с каменными лезвиями, пригодных для обработки мягкой почвы. Земледельцы также нуждались в более твердом инструменте — заточенных и отполированных каменных серпах для уборки урожая и в топорах для расчистки земли. Для этих орудий были необходимы лучшие камни, особенно обсидиан, и вскоре развернулась оживленная торговля ими.

Хотя земледелие позволило человеку иметь излишек продовольствия, и таким образом количество населения увеличилось, у него имелись свои недостатки. Первые земледельцы зависели от намного меньшего ассортимента злаков, чем охотники и собиратели. Таким образом, они в большей степени страдали от потерь урожая из-за неблагоприятной погоды, болезней растений и урона во время хранения. В большинстве случаев зерна едва хватало, чтобы прожить зиму и весну до нового урожая. Череда плохих урожаев могла иметь катастрофические последствия. Хранение зерна подвергало его опасности кражи и конфликтов между различными группами. Не-земледельцы постоянно жили под угрозой голода — особенно если в обществе нарушалась система распределения.

Поселившись на постоянном месте, группы первых земледельцев в течение нескольких поколений утрачивали навыки, которыми обладали охотники и собиратели для того, что бы избежать последствий недостатка продовольствия. Крестьяне также могли нанести существенный урон окружающей среде. Вырубка деревьев под поля, для постройки домов и на топливо производила опустошение на уязвимых площадях. Недавние археологические находки свидетельствуют, что жителям некоторых первых земледельческих деревень долины реки Иордан пришлось покидать обжитые места примерно в течение тысячи лет, так как уничтожение лесов привело к сильной эрозии почвы и разрушению почвы.

Переход к использованию ограниченного круга растений и животных имело важные последствия для человеческого рациона. Ясно, что в среднем количество доступной еды при переходе к сельскому хозяйству увеличилось. И хотя общая производительность была больше, увеличилось и количество населения, а также и объем перераспределяемого продовольствия. Самое важное последствие заключалось в уменьшении разнообразия — частично из-за того, что одомашненные виды отнюдь не были самыми богатыми по питательности, содержанию важнейших витаминов и минералов, а хранение еще сильнее уменьшало этот уровень. Одомашненная пшеница содержала меньше белка и трех важнейших аминокислот, чем дикая однозернянка или эммер. Одомашненный рис также содержал мало белка и затруднял усвоение витамина А. Самые большие проблемы вызывались кукурузой. В ней не хватает двух основных аминокислот, железа и ниацина (витамин В-3).

Диета, основанная на кукурузе, ведет к возникновению болезней — анемии и пеллагры. До какой-то степени жители Месоамерики компенсировали этот недостаток, добавляя в свой рацион бобы и перемалывая кукурузу в муку для приготовления лепешек — тортиллас, куда добавляется лайм. Земледельцы также использовали в своем рационе приправы — такие как перец чили в Америке или лук и чеснок в Евразии, которые были богаты витаминами.

Практически везде уменьшился уровень употребления мяса, исключая лишь самых привилегированных членов общества, что не могло не отразиться на поступлении белка и витамина В12. Эти общие выводы подтверждаются анализом скелетов некоторых первых земледельческих групп. В южной Европе первые крестьяне были в среднем на 2 дюйма ниже, чем их предки — собиратели и охотники. Продолжительность жизни, вероятно, также уменьшилась.

Еще более важное влияние оказал переход к новому образу жизни на человеческие болезни. Группы охотников и собирателей имели относительно низкий уровень заболеваемости. Конечно, они страдали от некоторых инфекций и паразитов, которыми заражались от убитых животных — в частности ленточными червями и кишечными инфекциями, — а также от некоторых других, таких как фрамбезия и малярия (которые поражают и обезьян). Однако то, что они жили маленьким группами и были мобильны, означало, что заболеванию было очень трудно укрепить свои позиции и начать распространяться.

С выходом из тропических и субтропических зон частота заболеваемости, вероятно, вообще снизилась. Переход к земледелию и оседлому образу жизни обусловил, в качестве побочного эффекта, повышение уровня заболеваемости. Постройка домов, хранение пищи, накопление пищевых отходов побудило паразитов, в частности насекомых и крыс перебраться ближе к человеку. Отходы человеческой жизнедеятельности также накапливались, что существенно повышало риск загрязнения воды. Все вместе эти факторы способствовали распространению болезней. Таким паразитам, как нематоды, которым требуется развитие в почве, стало намного легче заражать людей. Расчищенные площади и малое количество воды увеличили количество комаров и малярии во многих местах. Пруды и ирригационные канавы повсюду были потенциальными рассадниками улиток, разносящих шистосоматоз, который был известен еще в 1200 году до н.э. в Египте — а может быть еще раньше в Месопотамии.

Самым важным было то, что люди теперь жили большим сообществом и ближе к животным. Инфекционные болезни имели достаточную массу населения для воспроизводства и затем для нового распространения заражений. Очевидно, что группы охотников и собирателей не были столь велики, чтобы поддерживать очаги болезней. Лишь с ростом населения, когда люди стали жить в более крупных поселениях, а группы контактировали между собой через обмен и торговлю, инфекции нашли для себя подходящие условия для размножения.

Решающим фактором стало приручение животных. Люди постоянно жили в тесной близости с животными, часто под одним кровом с ними, особенно зимой. В результате специфические болезни животных мутировали и превратились в человеческие — практические все основные человеческие заболевания являются измененными болезнями животных. Корь родственна чуме рогатого скота (и, вероятно, чуме собак), оспа происходит от коровьей оспы, дифтерия произошла от крупного рогатого скота, грипп — от свиней и куриц, а обыкновенная простуда — от лошадей.

Новые виды заболеваний не возникли сразу же вместе с приручением животных, на их появление ушли тысячи лет, в течение которых они адаптировались к людям. Но последствия для человеческого здоровья и мировой истории были фундаментальными.

Несмотря на разнообразные недостатки земледелия, человечество научилось жить таким образом. На самом деле у него не было выбора. Переход к земледелию был настолько медленным, что охота и собирательство очень постепенно утрачивали свое значение, и так же постепенно менялся образ жизни. Как только человечество стало делать по этому пути первые шаги, поворот назад стал невозможным. Население увеличивалось и стало слишком большим, чтобы суметь прокормиться с помощью охоты и собирательства — кроме того, по всей вероятности, в мире для этого оставалось слишком мало свободной земли. Знания и приспособленность к прежнему образу жизни были очень быстро утеряны. Однажды включившись в процесс интенсивного добывания пищи, люди могли лишь продолжать его. Долгосрочные последствия этих перемен — возможность содержать большее количество людей, не производящих продовольствие, и повышать уровень социального сдерживания — стали очевидны лишь со временем.

<-- Америка и остальной мир
Обзор II -->