Раннее Перу и Анды

Часть II
Великое перемещение
Глава 5. Изоляты: Америка и Тихоокеанский регион
5.5. Раннее Перу и Анды

Территория Перу была изолирована от Месоамерики, и развитие этих земель обуславливалось их географическим положением. Большая часть тихоокеанского побережья здесь представляет собой суровую и негостеприимную пустыню. Однако далее от берега Перу делится примерно на сорок долин, образованных реками, стекающими с Анд. В этих долинах было возможным развитие сельского хозяйства и орошения, но возникшие тут цивилизации и культуры оказывались отделены друг от друга непроходимыми пустынями. В Андах лишь высокогорные долины и бассейны озер годились для крестьянских поселений, поэтому даже в XVI веке н.э. большинство живших тут людей находились на родоплеменном уровне развития. Главные центры, где развитие всё-таки происходило, находились в бассейне озера Титикака (на границе Перу и Боливии) и на высоких плато, где можно было устроить поля и выпасы для больших стад лам.

Первые деревни в Перу возникли на побережье после 2500 года до н.э. — еще до появления гончарного дела и ткачества в 1800 году до н.э. Там же возникли и первые крупные церемониальные центры, особенно в долине Касма на северном побережье Перу. Одним из крупнейших являлся огромный курган в Секин-Альто — 250 ярдов в длину, 300 ярдов в ширину и более 100 футов в высоту. Для раннего периода характерны церемониальные площадки с монументальными сооружениями, имевшиеся во всех прибрежных деревнях. Жившие там сообщества базировались на орошаемом земледелии. Однако их лидеры должны были пользоваться значительной властью, чтобы организовать такие значительные работы. Широко распространены были и военные действия, а особый стиль искусства и культуры Шавин, по названию места Шавин де Гуантар, распространился по всему региону. Однако представляется маловероятным, что все это было достигнуто путем военных захватов и насильственного навязывания единой культуры. Вполне вероятно, что стиль искусства и культуры Шавин представлял собой мирное распространение некой формы невоинственного религиозного культа по большей части побережья Перу.

Одновременно с этим началось использование металлов — не имевшее, однако, значительного влияния на общество, так как происходило главным образом среди элиты. Центральные Анды имеют запасы очень многих видов руд, но обработка металлов началась здесь не с меди, как в Юго-Западной Азии, а с золота, которое стало самым важным металлом. Золото начали обрабатывать примерно в 1500 году до н.э., а первые литые и кованные медные изделия, покрытые тонким слоем золота, находят в могилах, датируемых 900-450 годами до н.э. Элита ценила декоративные золотые изделия, а ремесленники трудились над сплавами из меди и серебра, легкими в ковке, наряду со сплавом меди и золота (тумбага, он же тампак), дававшем великолепный золотой цвет.

Однако постепенно культура Шавин начала клониться к закату, и последующие 800 лет прибрежные районы Перу характеризуются большим разнообразием сообществ в речных долинах, где формируются некоторые черты ранних государств. На севере, где обрабатываемые участки появились не только на плодородных землях долин, но и на побережье, таким образом обеспечив необходимый избыток продовольствия, главенствовала культура Мок. На юге самой известной является культура Наска, которая ассоциируется с серией оставленных в пустыне гигантских рисунков. На далеких плоскогорьях Анд сохранились капища Тиуанаку.

Период между 600 и 1000 годами н.э. характеризуется возникновением первого настоящего государства и самой империи в Перу. Эта цивилизация возникла в долине Айякучо, в самом центре высокогорного плато. До 600 года в долине находилось несколько приблизительно равных по размерам поселений. Соперничество, возникшее между ними за естественные ресурсы в связи с ростом населения, было выиграно поселением Уари. Оно превратилось в город площадью в 1000 акров и взяло долину под свой контроль.

Уари не имели письменности, и поэтому судить об их социальной и политической структуре можно лишь по остаткам зданий. Они предполагают очень сильную централизованную власть. Город был поделен большими внутренними стенами на несколько частей, основная масса его населения проживала в строениях барачного типа. Несколько зданий в центре явно были предназначены для административных целей.

С 700 года н.э. влияние Уари распространилось за пределы долины. Его характерная иконография и архитектурный стиль обнаруживаются в некоторых прибрежных районах (впервые случилось так, что группа выходцев с гор контролировала этот район). Однако при этом следует отметить, что дальний север и южные высокогорья, где обнаружена культура Тиуанаку оставались независимыми. Возникали торговые связи, строилась сеть дорог, соединившая разные области. Точная природа экспансии Уари до сих пор не известна. Некоторые эксперты считают её подобной экспансии культуры Шавин — происходившей путем распространения религиозных идей. Другие, основываясь на признаках сильной централизованной власти в Уари, считают более правдоподобным предположение о завоевании и установлении ранней империи.

Государство Уари пришло в упадок около 1000 года н.э., и с той поры до середины XV века Перу снова отмечено набором разнообразных культур. Самой важной из них была культура Киму на севере, с центром в долине Мок и столицей Кан-Кан. Примерно в течение 400 лет после ее появления в 900 году н.э. Киму, по видимому, мало чем отличалась от ранее существовавшей здесь культуры Мок. Это было крестьянское государство, контролировавшее одну из речных долин и прилегавшие к ней территории. Примерно в 1300 году случилось особенно сильное «Эль-Ниньо», когда прибрежные тихоокеанские течения поменяли направление и вызвали чрезвычайно сильные дожди, буквально смывшие многие оросительные системы. Вместо того чтобы приложить все усилия к восстановлению систем, государство Киму перестроилось, и его элита предприняла попытки военных завоеваний для обеспечения себя необходимыми ресурсами. В окончательном варианте территория государства увеличилась в четыре раза. Оно простиралось от Тумбеса близь современной границы с Эквадором до окрестностей нынешней Лимы. Контроль над такой большой территорией, по всей видимости, ограничивался сбором податей, а большинство местных начальников было оставлено на своих местах.

Вместе с разрастанием империи увеличилась и ее столица, которая занимала теперь площадь в 10 квадратных миль. Она была разделена на 34 части, где проживала элита и ютившиеся подле нее в крохотных помещениях основное население. Однако самой замечательной чертой столицы было 10 больших зданий — по одному для каждого правителя расширившейся империи. У каждого из них было дворцовое помещение, откуда он управлял государством и где после его смерти оставшиеся в живых родственники или приближенные заботились об его мумии, воздавая ей почести в череде сложных ритуалов. По всей вероятности, некоторые члены его семьи или окружения приносились в жертву сразу после смерти правителя или позднее. Надо полагать, что подобная практика имела глубокие корни в ранней культуре Перу, так как она имела еще более широкий масштаб у инков — империи, бросившей вызов Киму в середине XV века.

<-- Ацтеки
Инки -->

Ацтеки

Часть II
Великое перемещение
Глава 5. Изоляты: Америка и Тихоокеанский регион
5.4. Ацтеки

Падение майя около 900 года ознаменовало собой конец «классического» периода в истоиии Месоамерики. «Постклассический» период (продолжавшийся до испанского завоевания) характеризуется обширными военными действиями, миграциями населения и возникновением временных империй. Одновременно возросло значение человеческих жертвоприношений, которые стали центральными в функционировании этих обществ.

После заката Теотиуакана на территории Центральной Мексики пережили краткий расцвет несколько государств. Около 800 года н.э. народ микстеков завоевал Колуа в современном районе Пуэбло и переместился на север в долину Мехико, основав государство вокруг Ксочикалека. Еще более важным был факт миграции многочисленных групп с севера Мексики на ее центральные территории, за пределы района оседлого земледелия.

Наиболее значительными из этих народов были тольтеки под предводительством Топильцина, основавшие свою столицу в Тула, на севере долины Мехико в начале X века. Примерно к 1000 году н.э. их империя раскинулась по всей центральной Мексике от побережья до побережья. В отличие от Теотиукана и городов майя, раскопки в Тула практически не проводились. Это был комплекс из пирамид, площадей и зданий с колоннадами, на которых часто встречались изображения воинов, и реже — богов.

Тольтеки делились на несколько военизированных орденов, символами которых, по всей видимости, являлись тотемы. Они назывались в честь койота, ягуара и орла. Империя пала около 1160 года, когда Тула была практически уничтожена — в одной из пирамид была вырыта большая траншея, и все статуи сброшены туда. Это было проделано группой племен, позже известной как «чичимеки», или «собачий народ». Это название не более чем ругательство, эквивалентное «варварам», и относилось к племенам северной Мексики.

Карта 12. Империя ацтеков

Завоевания:

1 — Ицкоатлъ (1428—1440);

2 — Моктецума I (1440—1468);

3 — Аксаякатль (1469—1481);

4 — Тицок (1481—1486); Ахуицотлъ (1486—1502); Моктецума II (1502—1520)

До падения Тула влияние тольтеков распространилось и на полуостров Юкатан. Главные центры их цивилизации, такие как Чичен-Ица, были основаны на севере полуострова в условиях, абсолютно отличных от низменностей тропических джунглей классических майя. Там были обнаружены некоторые основные «постклассические» черты: цомпантли — подставки для человеческих черепов, и чакмоолс, наклонные фигуры с выемкой на животе, куда помещались человеческие сердца. Чичен-Ица быстро пришел в упадок около 1250 года. Новая столица возникла в Майпане вместе с другими городами, такими как Талум и Косумель на побережье. Они держали под контролем обширную торговую сеть на побережье Юкатана. Классический Монте-Альбан в Оаксаке также был оставлен в 750—800 годах, а вся территория тольтеков попала под влияние новых военных центров, таких как Митла.

После падения Тула в середине XII века Мексиканская равнина оказалась поделенной на несколько небольших городов-государств, которые постоянно воевали и заключали союзы друг против друга, пытаясь восстановить государство тольтеков. Наконец, в конце 1420-х годов, одна из племенных групп Мексики, позже получившая название ацтеков, установила контроль над долиной Мехико и создала империю, влияние которой распространилось на всю Центральную Мексику. Эта империя просуществовала до испанского завоевания в 1519—1520 годах. Название «ацтеки» является искажением, и до испанско- го завоевания не употреблялось. Оно стало общеизвестным в начале XX века и происходит от Ацтлана — мифической прародины мексиканцев.

Это племя было небольшой группой, пришедшей в долину после падения Тула. Они построили небольшой город Теночитлан на острове на озере, а затем основали империю. Однако теперь имя ацтеков настолько популярно, что не употреблять его практически невозможно. Так как государство ацтеков возникло менее чем за век до испанского завоевания, многие устные предания о его истории сохранились и были записаны европейцами. Эти записи представляют собой захватывающее повествование о том, как молодое общество, обладавшее очень немногими управленческими институтами, преобразовалось в империю с аристократической элитой и достаточно развитой государственной структурой. Такой процесс, по всей вероятности, многократно повторялся во всех ранних цивилизациях, когда вожди благодаря своим военным успехам обеспечивали себя огромной властью, устанавливали примитивные институты государства и вместе с элитой способствовали все большему расслоению общества.

Основу общества мексиканских племен вскоре после их прибытия на Мексиканскую равнину в середине XIV века составляли пятнадцать калъпуллин. Это были кланы, сформировавшиеся по территориальному и экономическому принципам. Каждый клан имел свои собственные школу и храм, но земля принадлежала семьям, которые могли передавать ее из поколения в поколение, до тех пор пока ее продолжали обрабатывать. Калъпуллин также являлся и воинским подразделением. Несмотря на то что все они были кланами одного народа, между ними была значительная внешняя и внутренняя разница, которая не стиралась от поколения к поколению. Теоретически главенство в калъпуллин было выборным, но на практике — наследственным. Первым правителем или тлатоани народа Мексики был, по всей видимости, чужак из племени тольтеков, навязанный им городом Кулхуаканом в 1370 году. Следует добавить, что первые три тлатоани являлись не более чем военачальниками с очень ограниченной властью.

Народ, обитавший в районе современного Мехико, входил в племенную группу Тепанек на западе Мексиканской долины — противостоящей конфедерации Аколхуа на востоке. К началу XV столетия мексиканцы все более возвышались внутри своей группы, и их малопонятное героическое божество Уицлипочтли превратилось в главного небесного покровителя этой цивилизации. Основные события формирования государства ацтеков произошли в 1426—1428 годах. Тепанеки победили конфедерацию Аколхуа, но после смерти правителя (Тесосомока), последовавшей вскоре после победы, проигравшие не упустили возможность вернуть власть в свои руки. Они заключили союз с Текскоко, изгнанным правителем Аколхуа, и с небольшим тепанекским городком Такуба, и под предводительством тлатоани Ицкоатлема победили своих противников. «Тройственный альянс» трех городов взял долину Мехико под свой контроль. Главным в союзе оставался собственно народ Мехико, и его правление было очень результативным.

Элита Мехико воспользовалась возможностями своего возросшего престижа и переделала государственные институты, защищая свои собственные позиции и закладывая основы государства ацтеков. Процесс начался в 1428 году с сожжения всех исторических и религиозных текстов. Власть сосредотачивалась в руках тлатоани, советниками которых должны были стать четыре представителя царской семьи. Из числа этих советников избирались и следующие тлатоани. Толчком к созданию этого общества крайнего неравенства послужил тот факт, что земля и дань, полученные в результате завоеваний 1428 года не были разделены поровну, но оставлены за царской семьей и аристократией. Территория калъпуллин была изначально ограничена землями вокруг столицы — Теночтитлана. Последующие завоевания только усилили этот процесс, так большая часть трофеев и дани передавалась элите. Неравенство было узаконено указами Ицкоатля и его преемника Моктецумы I. Указами правителя было определено наличие двух сословий: пипилътин (знати) и макехуалътин (простонародья); только первые имели право на полигамию и могли жить в двухэтажных домах, их также можно было отличить и по одежде.

Потребность ацтеков в завоеваниях имела две причины. Первая заключалась в желании власти и богатства, постоянно испытываемом правящей элитой. Вторая происходила от культа Уицлипочтли, ставшего в конце 1420-х годов государственным культом империи ацтеков. Человеческие жертвоприношения, число которых до 1428 года было крайне незначительным, теперь рассматривались как основной способ поддержания Уицлипочтли — то есть Солнца, существующего порядка во Вселенной и, в свою очередь, народа Ацтеков. Завоевания обеспечивали пленников, которых приносили в жертву, вырывая у живых людей сердца. Останки раздавали народу для употребления в пищу. В год приносилось в жертву примерно 15 000 человек — хотя по особым случаям, например при освящении Великого храма Уицлипочтли в центре Теночтитлана, за четырехдневную церемонию было убито 10 000 пленников. Храм был сориентирован на местности таким образом, что солнце сияло над его вершиной в день солнцестояния.

Некоторые причины ацтекской экспансии были экономическими — в частности, она активизировалась после сильного голода 1450—1504 годов. Плодородное побережье Мексиканского залива было захвачено вместе с царством Сокунуско, существовавшим на тихоокеанском побережье нынешней Гватемалы. Потребность в завоеваниях, обусловленная поиском продовольствия, дани и пленников для жертвоприношений не оставляла возможности уделять должное внимание административным заботам государства. Некоторые территории сдавались легко и их завоевывали очень быстро, другие же, такие, как высокогорное царство Тлакскала, оказывали сильное сопротивление и их оставляли в покое. Завоеванные территории обычно оставляли под контролем местной элиты — при условии, что предполагаемые пленники забраны, а дань продолжает поступать в столицу. Такое положение неизбежно вело к бесконечным восстаниям и повторным завоеваниям.

Внутри страны быстрыми темпами увеличивалось население и росла столица, так как ремесленники и торговцы приходили в город. Существующие сады и устроенные на берегах озера Мехико поля не были более способны прокормить население, вследствие чего были организованы многочисленные проекты сельскохозяйственного освоения других территорий. Тем не менее, к концу XV века империя ацтеков неуклонно приближалась к кризису. Ей была необходима консолидация. Начальная стадия экспансии была закончена, империя простиралась на огромные территории, которые уже не поддавались эффективному контролю.

Дальнейшая экспансия ацтеков была приостановлена государствами в долине Оаксака; в то же время на севере и на юге обитали слишком разобщенные народы, использовать потенциал которых было слишком трудно. Внутреннее развитие ацтекского государства означало, что любая консолидация вызовет острые проблемы. Элита рассчитывала на добычу от завоеваний; но, что более важно, считалось, что мир ацтеков зависит от продолжающихся человеческих жертвоприношений в честь Уицлипочтли. Прекращение завоеваний означало, что запас кровавых жертв будет исчерпан, и даже развитие работорговли не могло обеспечить их достаточное количество.

Во времена правления последнего ацтекского правителя Моктецумы II (1502—1520 годы правления) эти проблемы стали актуальными как никогда. Большую часть времени властитель проводил, вновь покоряя территории, которые уже были захвачены его предшественником Ахьюицотлем (1486—1502). Из-за того, что дальнейшая экспансия была затруднена, Моктецума, несмотря на предыдущие проблемы, решил завоевать территории, находящиеся поблизости, — такие, как Тлакскала. Эти военные компании не принесли большого количества пленных или дани, а лишь добавили напряжения во внутренних отношениях. Попытки навязать правителей и усилить централизованный контроль вели к недовольствам и восстаниям. Все эти проблемы подготовили плодородную почву для испанцев, прибывших в 1519 году.

<-- Майя
Раннее Перу и Анды -->

Майя

Часть II
Великое перемещение
Глава 5. Изоляты: Америка и Тихоокеанский регион
5.3. Майя

Еще одна основная цивилизация классического периода в Месоамерике — это цивилизация майя, занимавшая обширную низинную территорию в тропических джунглях полуострова Юкатан, простирающихся от Мексиканского залива до северного Гондураса. Майя переживали период своего рассвета в одно время с Теотиуаканом, но пережили его падение в 900 году н.э. на несколько веков. Из всех доколумбовых цивилизаций Америки люди майя были самыми развитыми. Они единственные разработали настоящую систему письменности, а также довели обычный календарь до нового, более сложного уровня.

Следы первых поселений на этой территории относятся примерно к 2000 году до н.э. На протяжении тысячи лет здесь существовал единый стиль гончарных изделий, а также осуществлялись контакты с ранними ольмеками. Увеличивались деревни, сооружались места для проведения обрядов, а правящая элита направляла общество. Наконец в первые века нашей эры возникло несколько городов с большими храмовыми комплексами и вместительными общественными зданиями.

На протяжении многих десятилетий исследователи не могли понять, как такое общество поддерживало свое существование с помощью обычного для той местности способа ведения сельского хозяйства — подсечно-огневого. Этот метод заключается в том, что крестьяне расчищают участок земли при помощи поджога, на протяжении нескольких лет сажают здесь зерно, а затем переходят на другой участок. Таким способом можно обеспечить лишь относительно небольшое количество населения.

Очевидно, что если количество населения городов майя соответствовало их размеру, то для такого способа производства продовольствия в государстве не хватало территорий — между городами майя часто было не более 10 миль. Однако археологические изыскания с 1970-х годов, проведенные с помощью радиолокационных методов, показали, что майя использовали более интенсивный вид сельского хозяйства, способный обеспечивать достаточно продуктов для содержания элиты. Они расчищали поля на склонах холмов, а для предотвращения эрозии оборудовали серию террас. Еще более важным процессом было обустройство приподнятых полей на болотистых почвах. Для улучшения качества почвы создавалась система дренажных канав, в которых, по всей вероятности, также разводили рыбу. Несомненно, то что такая система земледелия требовала больших усилий по ее обустройству и содержанию — что, однако, компенсировалось высокой продуктивностью основного злака, кукурузы, в дополнение к которой выращивались также бобы, хлопок и какао.

Отличительной чертой городов майя били многочисленные каменные стелы с вырезанными изображениями людей, надписями и датами. Сразу после открытия цивилизации майя европейцами в середине XIX века стало очевидным, что они значительно доработали календарь Месоамерики. Вместо серий из 52 циклов майя ввели намного более сложную структуру, известную под названием «Длинный счет». По принятому ныне соотношению с христианским календарем их летоисчисление началось 11 августа 3114 года до н.э., с создания текущего порядка вещей. Почему ими была избрана именно эта дата, остается до сих пор неясным. Можно предположить, что «Длинный счет» не был изобретением майя — первые известные примеры находятся на «Стеле 2», возведенной в Чьяпа-де-Корсо в государстве Чьяпа в 36 году до н.э., и на «Стеле С» в Трес Сапотес на территории ольмеков в 32 году до н.э. Однако майя возвели эту систему на беспрецедентную высоту. Для своих вычислений они использовали год, или тун, состоявший из 360 дней. Двадцать тун составляли катун (7200 дней), а двадцать катун — буктун из 144 000 дней или 400 тун. С помощью этих понятий майя могли отсчитывать назад и вперед огромные периоды времени, самая большая известная дата — 400 млн лет назад, указанная на «Стеле D» из Куригуа, возведенной в 766 году до н.э.

Майя проводили и другие изощренные вычисления. Наряду с вычислением лунного цикла они установили цикл солнечных затмений — хотя и не могли знать, будет ли затмение видно на их территории. Вероятно, самые сложные вычисления касались Венеры. Они знали о ее 584-дневном обращении вокруг Солнца и смогли соотнести два своих календаря так, чтобы 65 циклов Венеры были равны 146 циклам из 260 дней и 104 циклам из 365 дней. Наряду с этим они знали, что время обращения Венеры вокруг Солнца не равно точно 584 дням, и поэтому внесли поправку в период из 481 календарных лет, чтобы ошибка не превышала в среднем 11 секунд в год. Косвенным образом майя выяснили, что год равняется 365,255 дням — самые точные современные вычисления допускают 365,2422 дня. Таким образом, до последних нескольких веков майя проводили самые точные астрономические наблюдения и вычисления в мире.

Благодаря очевидной важности таких вычислений для племени майя, у ученых сложилось определенное представление о структуре их общества, которое было разрушено лишь несколько десятилетий назад. Несмотря на многочисленные сцены военных действий, изображенные на стелах и стенах, археологи продолжали считать, что майя находились под властью теократии — жрецов, проводивших свое время в сложных вычислениях. Такое мнение было в основном навязано английским археологом Эриком Томпсоном. Он писал в 1954 году: «Иероглифические тексты классического периода по большей части касаются исчисления времени и вопросов астрономии... по всей вероятности, в них совсем не упоминаются отдельные люди». Если такая интерпретация была верной, то майя не походили ни на одно другое известное человеческое общество.

Томпсон также придерживался мнения, что письменность Майя, по всей вероятности, не может быть переведена и вообще не соотносится не с одним разговорным языком региона. Однако его позиции были поколеблены уже через несколько лет после произнесения упомянутой выше цитаты. А в последние несколько десятилетий письменность майя наконец-то была расшифрована — с использованием той самой системы, которую Томпсон полагал неверной.

Письменность майя оказалась чрезвычайно трудной. Она содержала 800 знаков, некоторые из которых дублировали значения друг друга, плюс серии специальных суффиксов и префиксов. Это была смесь идеографического и слогового письма с очень сильной фонетической составляющей. Постепенное распознавание значений некоторых основных знаков, особенно символов, обозначающих отдельные города, полностью изменило наше представление об обществе майя. Теперь стало очевидно, что империя майя была разбита на небольшие государства, управляемые военной элитой, возводившей стелы для того, что бы увековечить память о себе, своих деяниях и о деяниях своих предков — реальных и вымышленных.

Самые ранние церемониальные центры и города возникли в этом регионе около 50 года н.э. В течение последующих двух столетий на равнине Юкатана шли постоянные военные конфликты, в ходе которых небольшие кланы и царства сражались между собой — некоторые из них увеличивались, а некоторые были захвачены и исчезали. Параллельно происходило расслоение самого общества майя, где правители усиливали свою власть, основывая первые династии.

За относительно короткий промежуток времени между 250 и 300 годами н.э. масштаб изменений значительно увеличился. По всему региону были возведены монументальные архитектурные произведения и первые стелы, прославлявшие достижения правителей. На них же находят и даты «Длинного счета», а также очень сложную иконографию. Наиболее ранняя из известных стел — № 29 в Тикале — была возведена 8 июля 292 года.

Один из самых трудных вопросов касается взаимоотношений Теотиуакана и первых правителей майя. Дело в том, что влияние Теотиуакана было таким всеобъемлющим, что нельзя предположить, что майя были от него изолированы. Укрупнение организаций внутри общества Майя, развитие городов и возвышение правящей военной элиты совпадает по времени с возникновением великого города Теотиуакана. Вероятно, это была прямая реакция на распространение влияния — но, с другой стороны, вполне вероятно, что возвышение элиты майя произошло именно при помощи Теотиуакана, и правила она от его имени. Частично это влияние оказывалось через «колонию» Теотиуакана в Каминальюу на территории народа майя. Влияние Теотиуакана четко прослеживается в скульптуре, керамике и изображениях 350—500 годов н.э. Также вполне вероятно, что некоторые из первых правителей Тикала либо были родом из Теотиуакана, либо же зависели от его военной поддержки. Стела №31, возведенная в Тикале в 445 году н.э. изображает воинов, похожих на солдат Теотиуакана, окружающих правителя, известного под именем «Грозовое Небо».

Карта 11. Долина Мехико

Ситуация радикально изменилась в начале VI века нашей эры. Между 500 и 550 годами влияние Теотиуакана на регион майя исчезло — по всей видимости, из-за растущих внутренних проблем. Этот уход совпадает по времени со значительным промежутком в возведении стел на территории майя — в период с 534 по 593 год их практически не было. За этим периодом последовала самая эффектная фаза в истории цивилизации майя, длившаяся около двух веков. В самом большом городе, Тикале, было построено шесть главных храмов и множество групп двойных пирамид. В других городах также возводились подобные архитектурные шедевры и многочисленные резные стелы.

Точная политическая структура общества Майя еще до сих пор не установлена. Несомненно, что отдельные города играли в ней очень важную роль. На данный момент известные нам иероглифические знаки, вырезаемые на стелах, соотнесены с 35 известными и 3 неизвестными городами. Абсолютно точно, что это названия столичных городов и подконтрольных территорий, а не титулы правителей. Их использование совпадает с периодами политической независимости, а забвение — с периодами различных завоеваний. С этой точки зрения можно предположить, что города, не имевшие своих знаков, по всей видимости, не имели и независимости.

Тем не менее до сих пор не ясно, состояло ли государство майя из восьми регионов с главными городами (такими, как Тикаль, Паленке и Копан), или же оно насчитывало около 50 мелких княжеств. Некоторые завоевания уже идентифицированы — например, захват Уакзактуна Тикалем в 378 году, владычество Дос-Пиласа над Сейбалем в течение 40 лет после 735 года. Территория большинства таких княжеств, вероятно, составляла 15 миль вокруг их столицы — хотя некоторые были явно больше. Например, Тикаль контролировал территорию, где проживало 1 500 000 человек (столько же жило в англосаксонской Англии того времени). Военные конфликты не были локальными и обычно приурочивались к засушливому сезону между ноябрем и маем, когда достаточно мужчин было свободно от земледельческих работ.

На протяжении всего этого периода майя подчинялись малочисленной элите. В последнее время исследователи склонялись к версии существования «династий» в разных городах, однако вопрос наследования до сих пор остается открытым. По всей вероятности, так время от времени и было. Хотя власть передавалась по мужской линии, известны две правительницы, обе в Паленке — госпожа Каналь-Икаль (583—604 годы правления) и госпожа Зак-Зук (612-615 годы). Впрочем, последняя могла быть регентшей при своем сыне. Некоторые стелы содержат свидетельства о царских браках между городами.

Зачастую внутри элиты возникали жестокие конфликты. Несколько стел в Тикале были намеренно разрушены последующими правителями, а в царской семье в Копане постоянно велись внутренние интриги. Теперь представляется ясным, что государство майя управлялось политическими силами, хотя в нем наверняка была и группа священнослужителей, способных выполнять сложные вычисления для возведения стел. Эти монументы обычно строились на пятую или двадцать пятую годовщину восшествия на престол, а также чтобы отметить значительные даты — день рождения правителя и основные события его царствования. Они могли быть связаны с особой правителя обрядом крови — когда игла с ушком и шнур пропускались через язык супруги властителя или через его собственный пенис. Вытекшая кровь использовалась для заклинания духов предков правителя — отсюда и исчисление мифических предков на тысячи лет в прошлое.

Расцвет цивилизации майя был сравнительно недолгим. В период с 731 по 790 год было возведено больше памятников, чем в другие годы. Тем не менее после 800 года по всему региону наблюдается быстрый упадок. Последние династические монументы возводились в Копане в 820, в Тикале в 879 и в Уаксактуне в 889 году. Последняя известная дата по Длинному Счету — 909 год, в дальнейшем эта система так и не была возрождена ни одним последующим обществом Месоамерики.

Причины заката цивилизации майя давно обсуждаются в научных кругах, однако единого решения по этому вопросу еще не найдено. Одним из основных факторов, несомненно, было давление элиты на общество в условиях хрупкой продовольственной базы. С ростом населения вырубалось все больше и больше лесов для создания сельскохозяйственных угодий, обеспечения древесиной и топливом, а также для производства большого количества лаймовой штукатурки, которой покрывали церемониальные постройки.

Тропические почвы долины были подвержены эрозии. Она поражала не только поля на склонах холмов, но и хрупкую систему приподнятых участков на болотах. Первые признаки проблем в сельском хозяйстве стали очевидны в VIII веке — захоронения того времени свидетельствуют о высоком уровне детской смертности, заболеваниях от истощения и недостаточном питании крестьян.

Очевидно, что с уменьшением избытка продовольствия для обеспечения элиты майя, та в свою очередь утяжелила бремя народа. Государство майя было очень слабо, оно практически не имело бюрократии и обладало ограниченными средствами для поддержания самого себя. Поэтому деградация оказалась очень быстрой. Растущие внутренние проблемы и напряжение, по всей видимости, привели к «крестьянским бунтам»; в добавление к этому нападения извне, следы которых обнаружены в некоторых местах, усугубили внутренний упадок. Менее чем за столетие общество майя вернулось на более примитивный уровень, покинуло города, а династические монументы оказались поглощены джунглями.

<-- Теотиуакан
Ацтеки -->

Теотиуакан

Часть II
Великое перемещение
Глава 5. Изоляты: Америка и Тихоокеанский регион
5.2. Теотиуакан

Вскоре после начала новой эры в Месоамерике начали возникать первые крупные города и империи. Здесь начался классический период, продлившийся до 900 года. Место под названием Теотиуакан располагается в северо-восточной части долины Мехико и занимает значительную территорию. Здесь располагались многочисленные жилые дома, храмы и две большие пирамиды, которые сейчас названы в честь Солнца и Луны — хотя почти наверняка это не их исконные названия. В пору рассвета, примерно в 500 году, там проживало около 100 000 человек (то есть это был один из самых больших городов мира) и его влияние простиралось на всю Месоамерику.

Тем не менее Теотиуакан остается самой неразгаданной цивилизацией Месоамерики и почти все на вопросы касательно него не найдены ответы. По-видимому, в городе не было настоящей письменности — все, что дошло до нас, это лишь несколько иероглифов. Эти знаки похожи на знаки других систем, использовавшихся в Месоамерике, — но свидетельств того, что его обитатели жили по обычному для других календарю, также очень мало. Также остается неизвестным что за народ построил город, на каком языке он разговаривал и как называл свою столицу. Очевидно, что это было многосословное общество с сильной элитой, выполнявшей смешанные религиозные и военные функции. Однако в нем явно не хватает памятников, которые бы прославляли правителей — таких памятников очень много у майя. Недостаточно сохранилось и сцен завоеваний и захватов, которые обнаруживаются в более раннем по времени Монте-Альбане. Очевидно, что военные играли важную роль в жизни города, тем не менее оборонительной стены вокруг него не было.

Территория эта была заселена примерно в 150 году до н.э. — позднее, чем вся остальная долина Мехико. Она быстро развивалась, благодаря плодородию почвы, применению орошения и разработке местных запасов обсидиана. Еще более важным было ее использование в качестве места проведения религиозных и ритуальных действий. Их центром служила сильно реконструированная естественная пещера, которая сейчас находится под пирамидой Солнца. Сама пирамида и служила неким астрономическим приспособлением, означавшим главную часть календаря. Место продолжало увеличиваться в размерах примерно до 150 года, когда город большей частью был перестроен по тщательно спроектированному, но абсолютно искусственному плану.

Это был наиболее тщательно спланированный город во всем мире.

Основной осью являась так называемая «Улица Мертвых» — серия площадей вокруг 23 комплексов по три храма, каждый очень своеобразной архитектуры. Такие строения нигде в Месоамерике больше не встречаются. В добавление к этому имелись еще и «дворец» и административные здания. Две больших пирамиды также расположены вдоль этой оси, сориентированной точно на 15 градусов 28 минут к востоку от направления на север. Главная улица, идущая с востока на запад, намеренно проведена так, чтобы не быть перпендикулярной «Улице Мертвых», она проложена на 16 градусов 30 минут к югу от направления на восток. Было невероятно трудно проложить улицы именно таким образом, так как этому препятствовал рельеф местности.

Тщательная продуманность плана города подтверждается и находками многочисленных крестов, выдолбленных на поверхности тротуаров и в горной породе. Они состоят из серии концентрических кругов, поделенных двумя осями и повторяющих основную планировку города относительно сторон света. До сих пор не разгадано значение эти тщательно выбранных направлений, однако известно, что ориентация с востока на запад указывает на восход Плеяд в день наивысшего весеннего прохождения солнца над Теотиуаканом, который в 150 году н.э. приходился на 18 мая. Одновременно несколько стен делили город на внутренние районы.

Природа религиозных верований Теотиуакана также не ясна, хотя в его искусстве очевиден сложный символизм. Во многих храмах представлена богиня с лапами вместо рук, увенчанная короной из человеческих сердец — обычный мотив этого региона. Теотиуакан — первое место, где встречается другой отличительный месоамериканский элемент — храм Пернатого Змея (называемого здесь Нахуа или Кетцалькоатль). Это был герой, принесший, подобно греческому Прометею, людям цивилизацию. Во время постройки храма, окруженного многочисленными змеиными головами (каждая весом в 4 тонны, не считая ошейника из лепестков), было совершенно множество человечески жертвоприношений. Останки 260 человек симметрично расположены на основных направлениях.

Вскоре после постройки храмов люди, населявшие долину, стали, по всей видимости, переселяться в город — построенный по четкому плану. Занимавший обширную площадь, Теотиуакан состоял из 2000 одноэтажных строений. В них не было окон, длина каждого составляла около 60 ярдов, все дома были повернуты входом к сети внутренних дворов. В всех зданиях под полом были проложены канализационные трубы. Предполагается, что в каждом проживало примерно по 60 человек. В соответствии с планировкой улиц, эти строения также располагались по священным направлениям города.

Такие постройки беспрецедентны, нигде в Месоамерике они более не повторяются. Очевидно, в них размещалось войско правителя. Размер зданий, по всей видимости, зависел от занимавших их подразделений, их статуса и рода занятий. Некоторые части города принадлежали людям одной профессии — к примеру, на Юго-Западе жили гончары. Наряду с ними были и секции для «чужаков» — вероятно, торговцев и купцов (из Оаксака на западе и из Вера-Крус на востоке). Каковы бы ни были их реальные отношения жителей с правящей элитой, подобные постройки демонстрируют огромную власть и стремление создать общество, структурированное суровой внутренней дисциплиной.

Главная фаза постройки Теотиуакана завершилась очень быстро — за 50 лет, к 200 году н.э. Затем, на протяжении 400 лет, длился период стабильности. Город раскинул свою торговую сеть по всей Месоамерике. Он ввозил нефрит, копал, каучук и какао-бобы — большая часть этих товаров предназначалась для церемониальных нужд, хотя какао могло быть видом валюты. На экспорт шел обсидиан, гончарные изделия и ткани.

Влияние Теотиуакана простиралось на огромную территорию — Каминальюу, теперь находящийся в пригороде города Гватемала, отделяет от столицы 650 миль, а он являлся ее уменьшенной копией. Неизвестно, была ли это в своем роде колония, построенная местной зависимой группой, или просто торговая фактория. На самом деле до сих пор неизвестна даже вся структура «империи» Теотиуакана. До недавнего времени он считался теократическим и мирным государством. Недавние раскопки показали, что военные, с их особым украшением на головном уборе, были важной частью правящей элиты. Это могла быть империя завоеваний — но также это могла быть лишь сфера культурного и торгового влияния. И Оаксака, и Монте-Альбан оставались независимыми от Теутиукана на протяжении всего этого периода.

Очевидно, что примерно с 600 года н.э. военные стали более важной частью общества Теотиукана, однако остается неясным, связано ли это с уменьшением его влияния по всей территории Месоамерики в то время. Все, что нам известно — это факт, что около 750 года н.э. Теотиукан был разрушен. Почти наверняка это произошло по внутренним причинам, так как не осталось никаких свидетельств нападения извне. Разрушение города не происходило хаотично. Оно начиналось из его центра — все храмы на «Улице Мертвых» были снесены и сожжены, причем процесс повторялся снова и снова. Прежние религиозные символы были сорваны и выброшены. Нет сомнений, что это было направленное, систематическое уничтожение всей политической, социальной и религиозной структуры города и общества. Затем город был покинут на 50 лет, хотя небольшое число зданий так и осталось нетронутым. Затем, спустя поколение, люди снова заселили эти здания, но это уже были всего лишь крестьяне, обрабатывавшие близлежащие земли. А некогда великому городу возродиться уже не было суждено.

<-- Древняя Месоамерика
Майя -->