Вторая гражданская война в Европе и мировая война 1939—1945 годов

ЧАСТЬ VI Формирование современного мира (1750-2000 годы)
Глава 22. Гражданские войны в Европе (1815—1945 годы)
22.10. Вторая гражданская война в Европе и мировая война 1939—1945 годов

Влияние, которое разбалансированная европейская государственная система и порожденные ей конфликты могли оказать на остальной мир, было продемонстрировано в период с сентября 1939 года по декабрь 1941 года. За это время конфликт, казавшийся сначала очень ограниченной европейской войной с участием лишь Германии, Польши, Франции и Британии, перерос в первую (и поныне единственную) настоящую мировую войну. Она повлияла на все государства в мире и на каждую часть земного шара.

Карта 75. Европа на максимуме германской мощи (1942 год)

Если у Британии и Франции и был хоть какой-то шанс победить Германию самостоятельно, он исчез с ошеломляющими военными успехами немцев в начале лета 1940 года. После завоевания Норвегии и Дании немецкие войска быстро нанесли поражение Нидерландам, Бельгии и Франции и установили полное господство над Западной, Центральной и Юго-Восточной Европой, где версальская система окончательна рухнула. Французам пришлось согласиться на перемирие — но Британия смогла сражаться даже после того, как в войну вступила Италия.

Англичане смогли выдержать ограниченную атаку немцев с воздуха, но оказались неспособными разработать стратегию, которая бы позволила бы им выиграть войну с их ограниченными ресурсами. К осени 1940 года они оказались даже еще в худшем положении, чем в 1917 году, — и в очередной раз спаслись от компромиссного мира благодаря тому, что Соединенные Штаты обеспечили финансовую помощь, поставку сырья и военного снаряжения, несмотря на то, что сами все еще сохраняли нейтралитет.

Летом 1941 года Гитлер решил заняться своим идеологическим противником — Советским Союзом. Благодаря этому британцы получили передышку. В Азии Япония воспользовалась крахом власти европейцев (в частности, французов и голландцев), чтобы расширить свое влияние. Однако она не начала открытой агрессии в тот период, который стал бы самым благоприятным — летом и осенью 1940 года, когда европейские империи (включая Британскую) были беззащитными, а Соединенные Штаты еще не решили оказывать помощь англичанам. К тому времени, когда японцы решились на военное решение для достижения регионального господства, было уже слишком поздно. Перевооружившиеся Соединенные Штаты теперь были готовы не только воспрепятствовать этим акциям, но и могли настоять на том, чтобы Япония действовала в соответствии с интересами безопасности американцев в Тихом океане.

Мировая война началась в декабре 1941 года после следующих событий: нападения японцев на Соединенные Штаты и на европейские владения в Юго-Восточной Азии, а также объявления Германией и Италией войны Соединенным Штатам.

Как только первоначальное наступление японцев было остановлено, а немцы потерпели поражения в Сталинграде и в Северной Африке, соотношение сил в войне быстро сместилось в пользу союзников. До 1944 года почти все используемое в войне снаряжение основывалось на моделях, запущенных в производство или разрабатывавшихся еще до 1939 года. Новые технологии — реактивные самолеты, самолеты-снаряды, ракеты и атомная бомба — стали применяться лишь приблизительно в последний год войны — следовательно, их влияние на ее исход было ограниченным.

Как и в войне 1914—1918 годов, все страны, принимающие участие в боевых действиях, произвели крупномасштабную мобилизацию своей экономики и общества. Это стало очередной демонстрацией мощи европейского государства (и его заокеанского подобия в лице Соединенных Штатов). В конце тридцатых годов XX века Соединенные Штаты, несмотря на свой огромный экономический потенциал (они производили на 30 % больше стали, чем Германия, хотя две трети их сталеплавильных заводов во время депрессии не работали), в военном отношении являлись спящим гигантом. Они тратили на оборону около 1 % своего национального богатства. У США имелся сильный военно-морской флот, но их армия была очень маленькой и плохо снаряженной, а воздушные силы являлись по большей части устаревшими.

К 1941 году быстрое перевооружение увеличило расходы на оборону до 11 % национального богатства, а после вступления в войну они стали еще выше. В 1939 году Соединенные Штаты построили 2100 военных самолетов; в 1944 году их общее количество составляло 96 300. В то же самое время они снарядили огромную армию, чтобы сражаться как в Тихом океане, так и в Европе, создали крупнейший в мире военно-морской флот и поставили большое количество снаряжения своим союзникам, в частности Британии.

Однако наибольшие экономические тяготы пришлись именно на долю Советского Союза. Когда Германия в 1941 году завоевала его западную часть, он потерял контроль над 40 % своего населения и даже над еще большим количеством промышленных ресурсов и индустрии вооружений. Это бремя было увеличено мобилизацией 12 млн человек для замены первоначальных потерь. Только благодаря невероятным усилиям всей нации Советский Союз смог выстоять в войне.

Германия не проводила полной мобилизации до весны 1943 года, и, хотя ее объем военного производства многократно увеличился, он не мог сравниться с производством союзников. Именно последний фактор и обеспечил победу союзников. В целом они произвели в четыре раза больше танков и артиллерийских орудий, чем их противники, в девять раз больше минометов, в семь раз больше пулеметов и в три раза больше боевых самолетов. Это стало демонстрацией стратегической мощи, которая явилась следствием ранней индустриализации в XIX веке и проявлением возможности распоряжаться более крупными ресурсами, чем могли мобилизовать одно высокоиндустриальное государство (Германия) и два полуиндустриальных (Италия и Япония).

<-- Соотношение сил в Европе в 1919—1939 годах
Холокост -->

Соотношение сил в Европе в 1919—1939 годах

ЧАСТЬ VI Формирование современного мира (1750-2000 годы)
Глава 22. Гражданские войны в Европе (1815—1945 годы)
22.9. Соотношение сил в Европе в 1919—1939 годах

Внутренняя напряженность в европейском обществе после войны 1914—1918 годов вследствие таких явлений, как диктатура, фашизм, нацизм и коммунизм, лишь добавилась к проблемам, вызванным необычным послевоенным соотношением сил в мире. Советский Союз был оттеснен еще дальше на восток — что означало потерю Восточной Польши, всех трех прибалтийских государств и некоторых регионов Белоруссии. Западная граница СССР пролегала теперь восточнее исторических рубежей российского государства, которые установились еще в XVIII веке. По идеологическим соображениям другие государства остерегались иметь с Советским Союзом какие-либо дела. В Центральной и Восточной Европе Германия, которая все еще по большей части сохранила свои границы 1914 года имела дело лишь с рядом слабых государств, вдобавок каждое из них имело внутренние национальные проблемы. Соединенные Штаты, чья экономическая и потенциальная военная мощь сыграли огромную роль в окончательной победе союзников, перестали участвовать в политических делах Европы после неудавшейся попытки ратифицировать Версальский договор.

Таким образом, структура власти в мире после 1919 года являлась аномальной, и две сильнейшие державы оказались в стороне. Это означало, что ответственность за поддержание послевоенного урегулирования выпала на долю Франции и Британии. Обе были сильно ослаблены — французы в войне понесли наибольшие людские потери, и Франция оставалась потенциально уязвимой, так как численность населения Германии все еще была на треть больше. Теперь вместо России (как и до 1914 года) она имела лишь слабых союзников к востоку от Германии.

У Британии проблемы были даже еще серьезнее — несмотря на расширение империи за счет оттоманских территорий, сделавшее ее размеры такими большими, каких она никогда не имела раньше. Но британцы имели огромные долги перед американцами, а также огромный государственный долг, который вырос в одиннадцать раз во время войны. В 1919 году британское правительство решило, что оно не может позволить себе соревноваться с Соединенными Штатами в военно-морской гонке — и впервые за два века уступило военное превосходство на море другой державе. Спустя три года было принято даже еще более фундаментальное решение, которое определило стратегию Британии на следующие два десятилетия. На военно-морской конференции в Вашингтоне Японии было разрешено иметь флот размером в три пятых флота Соединенных Штатов или Британии. Этого было достаточно, чтобы дать японцам локальное превосходство в Тихом океане.

Проблема заключалась в следующем: американцы настаивали на том, чтобы британцы положили конец своему двадцатилетнему союзу с Японией. В прошлом Япония эффективно защищала владения Британии в Азии и Австралазии, а теперь с японцами нужно было обращаться как с потенциальными противниками. Был составлен план, по которому во время любого кризиса большую часть Королевского флота следовало отправить на новую крупную базу, которая будет построена в Сингапуре. Однако было далеко не очевидно, что Британия сможет когда-либо отправить почти весь свой флот на противоположную сторону земного шара — особенно если одновременно столкнется с кризисом в Европе.

Новые проблемы проявились лишь в начале тридцатых годов XX века, когда японцы вторглись в Маньчжурию, а в Германии к власти пришел Гитлер. Теперь перед британцами встала неразрешимая проблема. Британия, как и в прошлом, была «державой статус-кво» — пытающейся защитить империю, которая покрывала четверть земного шара, и одновременно являлись лишь небольшой европейской страной, производящей менее 10 % мирового объема промышленного производства. Потенциально она столкнулась с двумя сильными врагами — Германией и Японией — в различных частях света мира, и ей не хватало ресурсов, чтобы достойно противостоять обоим. В сущности, англичане могли сделать лишь следующее: начать перевооружение (направленное главным образом против Германии) и стараться оттягивать любой конфликт как можно дольше в надежде найти дипломатическое решение.

В середине тридцатых годов XX века ситуация стала еще хуже вследствие действий Италии. Муссолини, не желая лишаться образа активного политического деятеля, склонился к выбору более авантюрного внешнеполитического курса в качестве альтернативы образовавшемуся застою во внутренней политике. В 1935 году он решил возродить славу Римской империи и отомстить Эфиопии за поражение 1896 года в битве при Адуа. Это нападение шло в разрез с нормами Лиги Наций, созданной в рамках Версальского соглашения. Британия и Франция не могли решить: согласиться ли им действиями Муссолини и таким образом сохранить его в качестве союзника — или использовать Лигу, чтобы применить санкции и положить конец агрессии. Кончилось тем, что они так и не обратились ни к той, ни к другой политике. Их неуклюжая дипломатия и успех Муссолини привели Италию к союзу с Германией. Теперь британцам пришлось в своих планах учитывать еще одного потенциального противника — вдобавок стоящего на их коммуникациях между Европой и Тихим океаном.

По мере того, как все европейские державы перевооружались (Советский Союз в большей степени, чем все остальные), случился очередной технологический скачок, который по большей части и определил, какое именно оружие будет использоваться в войне 1939-1945 годов. Наиболее фундаментальные изменения произошли в способах ведения войны в воздухе. В начале тридцатых годов XX века истребители все еще были почти такими же, как их предшественники в 1918 году, — легко вооруженными, обтянутыми тканью бипланами, способными развить скорость примерно 200 миль в час. К концу тридцатых годов они сменились алюминиевыми монопланами со множеством пулеметов или пушек, бронированной кабиной, протектированными топливными баками и очень мощными двигателями, способными обеспечить максимальную скорость в 400 миль в час.

В начале тридцатых годов все предполагали, что против бомбардировщиков нельзя выстроить эффективной защиты, поскольку невозможно осуществить адекватное предупреждение об атаке. Однако в середине тридцатых годов данная проблема была решена Британией и Германией с помощью разработки радара (использования радиоволн для определения местонахождения атакующего самолета). Как только радиолокационные станции передавали информацию о противнике в центры наземного управления авиацией, а последние по радио сообщали ее своим самолетам, становилось возможным направлять истребители против атакующих бомбардировщиков.

В ведении наземных боевых действий появление более эффективных двигателей означало, что радикальной трансформации подверглись танки — они стали тяжелее, увеличилась толщина брони, их оснастили более мощным огнестрельным оружием. На море линкоры постепенно уступали место авианосцам в качестве главных боевых кораблей, а появление гидролокатора (прибора для определения местонахождения с помощью звуковых волн) обеспечило способность надводным кораблям обнаруживать подводные лодки.

По мере того как развивалось перевооружение, британцы обнаружили, что дипломатическое урегулирование, сохраняющее положение и статус Британии, не может быть достигнуто в условиях, когда такие державы, как Германия, Япония и Италия, проводят политику экспансии. Гитлер смог использовать аргументированные претензии Германии относительно Версальского договора, чтобы перекроить границы Европы. В начале 1936 года он ввел войска в демилитаризованную Рейнскую область, в начале 1938 года присоединил Австрию, а в сентябре того же года на конференции в Мюнхене добился передачи Германии Судетской области.

Перевооружение Британии, особенно для боевых действий в воздухе, оказалось дорогостоящим, а зимой 1938/39 года французы потребовали, чтобы британцы вдобавок снарядили большую армию, как они сделали во время войны 1914—1918 годов. В случае отказа французы пообещали, что будут стремиться к отдельному соглашению с Германией.

Британия столкнулась с первыми стадиями кризиса, который должен был ознаменовать ее конец как мировой державы. У нее не было возможности сделать какие-либо займы в Соединенных Штатах из-за своих непогашенных долгов. К тому же официальные и в высшей степени секретные расчеты показывали, что британского запаса золота и иностранной валюты хватит в лучшем случае на войну продолжительностью в три года. По мнению военных, именно столько времени потребуется на то, чтобы нанести поражение Германии.

К началу 1939 года британцы поняли, что находятся в безвыходном положении. Новая война грозила Британии как «державе статус-кво» только потерями и утратами — она либо будет разбита, либо, пытаясь добиться победы, станет зависима от Соединенных Штатов и, возможно, от Советского Союза. Единственная слабая надежда остаться серьезной державой заключалась в том, чтобы выиграть ограниченную и относительно быструю войну против Германии, в то время как Италия и Япония останутся нейтральными.

Стремление Гитлера решать все проблемы использованием силы давало британцам этот слабый шанс. Гитлер намеревался претворить в жизнь свои требования касательно возвращения Польского коридора к Гданьску (Данцигу) — и в конце августа 1939 года добился необходимой ему ограниченной войны, договорившись с Советским Союзом о четвертом (с середины XVIII века) разделе Польши, а также разделе сфер влияния в остальной Восточной Европе. После вторжения Германии в Польшу Британия и Франция объявили войну Германии.

<-- Коммунизм
Вторая гражданская война в Европе и мировая война 1939—1945 годов -->

Коммунизм

ЧАСТЬ VI Формирование современного мира (1750-2000 годы)
Глава 22. Гражданские войны в Европе (1815—1945 годы)
22.8. Коммунизм

В России гражданская война 1917—1922 годов стала периодом весьма непоследовательного перехода от народной по сути революции 1917 года к весьма авторитарному государственному устройству, построенному на основе лидерства крайне высоко дисциплинированной большевистской партии. Была восстановлена постоянная армия со строгой дисциплиной, контроль рабочих над промышленностью был заменен контролем со стороны государственного руководства, политическая оппозиция была подавлена, введена цензура, а Советы ослаблены или их деятельность приостановлена. К моменту, когда победа в гражданской войне была безоговорочной, стало очевидно, что не произойдет никакой европейской революции и большевистским лидерам придется выживать самостоятельно.

Ради сохранения своей власти большевики по-новому истолковали марксистскую идеологию, чтобы оправдать свои действия. Символический момент наступил в феврале 1921 года, когда на военно-морской базе в Кронштадте рядом с Петроградом произошло восстание — выдвигались требования о восстановлении советской власти и свободе для конкурирующих политических партий. Восстание было безжалостно подавлено, и партия продолжила свой путь к диктатуре.

В высшей степени авторитарная политическая система была разработана отчасти для того чтобы избежать восстановления старого дореволюционного общества в условиях гораздо более либеральной экономической системы, которую партия была вынуждена ввести в начале 1921 года. «Военный коммунизм» периода гражданской войны, который являлся лишь немногим более чем эвфемизмом насильственных реквизиций, был заменен «новой экономической политикой», которая допускала частную собственность в сфере мелкотоварного производства, ограниченное получение прибыли, а также аренду и продажу земли крестьянами.

Экономика быстро приходила в себя после катастроф гражданской войны — к концу двадцатых годов XX века объем производства вернулся к уровню 1913 года. Политическая ситуация стала очень нестабильной после декабря 1922 года, после того, как с Лениным случился удар. В начале 1924 года Ленин умер. В течение нескольких лет лидеры большевиков — Каменев, Зиновьев, Сталин, Бухарин и Троцкий — маневрировали ради сохранения определенной стабильности и обсуждали направление, в котором должна пойти революция. Фундаментальная проблема заключалась в следующем: советская экономика была индустриализована лишь наполовину, а необходимый для индустриализации капитал найти было сложно, поскольку из-за идеологической изоляции и оппозиции капиталистических стран, правительство не могло полагаться на иностранные инвестиции.

В действительности причина была другой: условием новых кредитов было возвращение старых, полученных от Франции еще в конце XIX века на первый этап индустриализации — строительство железных дорог. (Прим. ред.)

Социальная и экономическая реструктуризация не могла быть безболезненной — единственный вопрос (как и во всех странах, проходящих через подобный процесс) заключался в том, кому нести затраты. Советская политика после 1928 года предполагала вынужденную индустриализацию, разбитую на пятилетки. Сначала кулаки (считавшиеся богатыми крестьяне) были лишены собственности и депортированы. Затем у крестьян забрали землю посредством коллективизации — они были вынуждены работать в коммунах, и государство решало, сколько продовольствия забрать, оставляя крестьянам для выживания остаток.

Крупномасштабная индустриализация привела к высокой социальной мобильности и быстрой урбанизации. Большевики больше не являлись авангардной партией по Ленину, состоящей из преданных революционеров (хотя они сохранили эту мифологию), а превратились в бюрократическую структуру, пытающуюся контролировать потенциально революционную социальную ситуацию и предпринимать планирование народного хозяйства в масштабе, в каком его не предпринимало ранее ни одно государство. Для этого требовалась внутренняя дисциплина — но при Сталине (позиции которого в руководстве страной усилились после 1928 года) в революционном движении проявились другие, давно зародившиеся тенденции.

Сразу же после захвата власти и во время гражданской войны большевики разрабатывали политику «революционного террора» и полицейских репрессий. Советская служба безопасности не раз меняла свое название (ЧК, ГПУ, ОГПУ, НКВД, КГБ), но сущность ее оставалась неизменной. Как сказал Ленин одному из своих собратьев-революционеров: «Неужели же вы думаете, что мы выйдем победителями без жесточайшего революционного террора?» Расстрел заложников и других «контрреволюционеров» начался в первые несколько месяцев революции, а в апреле 1919 года ввели обязательную трудовую мобилизацию и были созданы лагеря принудительного труда.

Это утверждение не вполне соответствует истине и является отражением существующих мифов. До лета 1918 года в РСФСР формально действовала отмена смертной казни, а общее количество расстрелянных органами государственной власти (ЧК и ревтрибуналами) по всей стране составляло несколько десятков человек. Однако расстрелы производились также и военными властями (в первую очередь на Кубани и на Украине), зачастую самозванными и, как правило, плохо контролируемыми из центра. Кроме того, по всей стране продолжался стихийный террор против офицеров и «буржуев», начавшийся еще весной 1917 года. Начало кампании массового «красного террора» имеет четкую дату — 30 августа 1918 года, когда одновременно были совершены покушения на Ленина и председателя Петроградской ЧК Урицкого. Их устранение (в случае Ленина — временное) развязало руки сторонникам жестких методов, в частности председателю Петросовета Г. Е. Зиновьеву, мотивировавшим свои действия необходимостью дать ответ на террор белых и интервентов. К этому же периоду (сентябрь-октябрь 1918 года) относятся и большинство случаев массового расстрела заложников. Официально кампания «красного террора» была прекращена в начале ноября 1918 года после ожесточенной полемики ее сторонников противников в центральной большевистской печати, однако и после этого уровень террора оставался весьма высоким — даже несмотря на очередную официальную отмену смертной казни в начале 1920 года. В целом здесь и далее изложение автором истории СССР страдает некритичным восприятием газетных штампов, иногда противоречащих элементарной логике. (Прим. ред.)

В данном случае автор путает «лагеря принудительного труда» с «трудовыми армиями» — существовавшими в 1920—1922 годах военными структурами для выполнения гражданских работ, куда направлялись военнообязанные, призванные по мобилизации. (Прим. ред.)

При советском правительстве после коллективизации сельского хозяйства последовала акция, приведшая к смерти огромного количества людей. Около 5 миллионов человек («богатых кулаков») были высланы в Сибирь. Их либо сослали в трудовые лагеря или же направили в сельскую местность для строительства новой деревни — погибло около одного миллиона.

В действительности число высланных (не только в Сибирь) «кулаков» за 1930—1940 годы составило около 3,5 миллионов человек. Из них с 1932 года умерло около 400 тысяч, столько же бежало и не было возвращено. Подробнее см.: В. Н. Земсков. Спецпоселенцы в СССР. 1930—1960. М.: Наука, 2003 — в частности, таблица 2 на стр. 20-21. (Прим. ред.)

В течение пяти лет после 1929 года около двадцати миллионов фермерских хозяйств были заменены 240 000 колхозов.

Заметим, что перепись 1939 года зафиксировала существование в СССР трех миллионов крестьян-единоличников и около полутора миллионов ремесленников-кустарей, занимающихся частным промыслом. (Прим. ред.)

Крестьяне убивали своих животных, а не передавали их государству, любое накопление продовольствия или проедание «государственной собственности» наказывалось десятью годами тюрьмы. Результатом стал массовый голод, особенно на Украине. В 1933 году численность населения Советского Союза сократилась почти на 6 миллионов. С учетом рождаемости это наводит на мысль, что коллективизация сельского хозяйства обошлась примерно в 8 миллионов смертей.

С середины тридцатых годов XX века террор в советском обществе усилился. Он сосредоточился на двух ключевых областях. Первая — это лидеры большевиков. На съезде партии в 1939 году из 2000 делегатов, участвовавших в предыдущем съезде в 1934 году, осталось лишь 59 человек, а из 149 членов Центрального Комитета в 1934 года были убиты 98 человек, как и все соперники Сталина — Каменев, Бухарин и Зиновьев. Во-вторых, был по большей части уничтожен командный состав Красной Армии. В июне 1937 года арестовали и расстреляли героя гражданской войны маршала Тухачевского. К концу процесса чисток трое из пяти маршалов Советского Союза, 60 из 67 корпусных командиров и три четверти командиров дивизий были либо мертвы или же отправлены в лагеря принудительного труда. В отношении обычных граждан этот процесс велся гораздо бессистемнее. Разумных оснований для ареста зачастую вообще не было. Любое подозрение, донос, самооговор или какая-либо прошлая провинность могли привести к смерти или чаще к приговору о длительном пребывании в лагерях принудительного труда — в сущности, они становились рабами государства.

Сколько людей прошло через обширную сеть из примерно 500 лагерей принудительного труда («Гулаги»), и сколько из них погибло — это является предметом ожесточенных исторических дебатов.

Так в оригинале — Gulags (Прим. ред.)

В последние годы самые высокие цифры, которые часто назывались в период «Холодной войны», были пересмотрены и снижены — хотя количество человеческих жертв остается огромными. В среднем около 10 % арестованных, порядка 1 миллиона человек, были расстреляны до попадания в лагеря. Максимальная численность населения «Гулагов» составляла около 4 миллионов человек. Уровень смертности в лагерях составлял примерно 10 % в год.

В действительности максимальная численность заключенных в лагерях и колониях на территории СССР составляла 2 561 351 человек — на 1 января 1950 года. Из них число осужденных за политические преступления (включая измену Родине и сотрудничество с нацистами) составляло 578 912 человек. Всего с 1921 года по 1 февраля 1954 года Коллегией ОГПУ, «тройками» НКВД, Особым совещанием, Военной Коллегией, судами и военными трибуналами было осуждено по политическим статьям 3 777 380 человек, в том числе к высшей мере наказания — 642 980 человек, к содержанию в лагерях и тюрьмах на срок от 25 лет и ниже — 2 369 220, в ссылку и высылку — 765 180 человек. См.: В. Н. Земсков. ГУЛАГ (историко-социологический аспект)//Социологические исследования. 1991, № 6. До 1948 года общая численность заключенных в СССР не превышала 2 миллионов человек, а обычно была значительно ниже. Для сравнения: в 2004 году в США численность заключенных составляла 2,1 миллион человек, к 2008 году она увеличилась до 2,3 миллионов. Уровень смертности в лагерях системы ГУЛаг 1937—1938 годах составлял 5,5—5,7 %, в 1939 году он снизился до 3,3%. Максимальная смертность приходится на 1942 год — 11 %, или 248 877 человек. (Прим. ред.)

В ужасных северных лагерях в Сибири на Колыме и в 1941—1943 годах, когда норма питания была сокращена, а норма работы увеличена, он был еще выше.

В целом эти цифры наводят на мысль, что в период с середины тридцатых до начала пятидесятых годов XX века через систему лагерей прошло около 8 миллионов человек и около половины из них умерли.

Здесь и далее автор ориентируется западные труды (Р. Конквест и др.) 1950-х—1970-х годов, которые в значительной мере основаны на гипотетических предположениях и не подтверждаются никакими известными ныне документами. (Прим. ред.)

Если к количеству погибших в лагерях прибавить количество расстрелянных, получится, что в период расцвета советской системы террора и принудительного труда погибло как минимум примерно 5 миллионов человек. К этому необходимо добавить 8 миллионов погибших во время коллективизации, а также тех, кто погиб во время депортаций и до середины тридцатых годов. Таким образом общее число погибших составляет примерно 17 миллионов человек. Результат революции 1917 года стал ужасающей иллюстрацией мощи европейского государства, развившегося к XX веку, и влияния европейских идеологий, разработанных в XIX веке.

<-- Фашизм и нацизм
Соотношение сил в Европе в 1919—1939 годах -->

Фашизм и нацизм

ЧАСТЬ VI Формирование современного мира (1750-2000 годы)
Глава 22. Гражданские войны в Европе (1815—1945 годы)
22.7. Фашизм и нацизм

После 1918 года в гражданской войне в Европе появился новый элемент. Он возник в результате экономической нестабильности, поражения в войне (или отказа признать легитимность того, что считалось законными условиями победителя), а также угрозы для установившегося социального и экономического порядка вследствие победы большевиков в России.

Хотя в Британии и Франции победа в войне в значительной степени укрепила существующие политические, социальные и экономические отношения, в других странах элита отвергала либеральную демократию и для защиты своей позиции склонялась к авторитаризму. В Италии и затем в Германии (и значительно позднее в производной форме в других странах Европы) появились новые политические движения, использующие массовое недовольство для собственной выгоды. Несмотря на сильные отличия, они в общих чертах описывались как фашистские. Хотя поначалу эти движения были сравнительно небольшими, в конечном счете именно они стали доминировать в европейской политике в период между Первой и Второй мировыми войнами.

Фашизм стал единственной серьезной идеологической инновацией, появившейся в XX веке. До 1914 года фашистские партии не проявлялись, и вследствие их позднего возникновения отчасти становится понятным, почему столь многие их идеи были выдвинуты в оппозицию другим. Фашизм являлся антилиберальным, антидемократическим, антикоммунистическим, а также во многих отношениях антиконсервативным. Фашисты пропагандировали новое, национальное, органическое, авторитарное государство, возрождение или «очищение» нации — и в значительной степени корпоративистстские экономические решения, частично заимствованные у социализма.

Фашизм развивал политический стиль, основанный на символизме, массовых митингах и харизматическом лидерстве, а военизированные отряды партии являли собой образец молодости и мужества. Обычно фашизм считается отклонением в европейской идеологии — подобное отношение отталкивается от неизбежности прогресса в рациональном строительстве более лучшего мира посредством либеральной демократии или марксизма. Однако на самом деле фашизм имел глубокие корни в европейской традиции и включал в себя элементы, лежащие в русле основного направления европейских идей. От революционной Франции он взял идею о массовой мобилизации, а из истории XIX века — национализм.

Эти идеи сочетались с социальным дарвинизмом, подчеркивающим необходимость борьбы за «выживание сильнейших», евгеникой, предлагающей создавать улучшенных людей, растущей пропагандой военных ценностей, верой в то, что война является положительной силой, а также революционным социализмом — фашистские лидеры Муссолини, Дит и Мосли происходили из левых политиков — и антисемитизмом.

Освальд Мосли и Марсель Дит — лидеры малочисленных английских и французских фашистских организаций. (Прим. ред.)

Фашисты привлекали в том числе и тех, кто чувствовал себя обойденным и бессильным перед лицом безликих экономических сил, все более доминирующих в индустриализованных обществах.

На деле же фашизм имел ограниченное влияние. Установившиеся либерально-демократические режимы в Западной Европе не развалились, и там, где успеха добились авторитарные и военные правительства, фашисты преуспеть не смогли. Они пришли к власти лишь в двух странах — в Италии и Германии — где парламентские системы испытывали сильные проблемы. В Италии в 1918 году полный переход к либеральной демократии все еще не завершился, и многие были недовольны тем, что не удалось извлечь большую выгоду от решения присоединиться к союзникам в 1915 году. Веймарской республике в Германии недоставало прочной базы в обществе, а горечь от поражения в войне и революция в 1918 году привели к очень нестабильной политической ситуации. Однако даже в этих двух странах фашисты пришли к власти не вследствие гражданской войны или государственного переворота — институтам государства хватило сил для сопротивления. Также им не удавалось захватить власть посредством выборов — 38 % голосов, полученных нацистами в 1932 году стало их верхним пределом на подлинно демократических выборах. Чтобы прийти к власти следовало вступить в коалицию с другими консервативными группами, а затем выбрать наиболее подходящий момент для захвата власти.

Фашизм впервые появился в Италии в 1919 году — хотя на этой стадии он мало походил на то явление, которое позднее стало считаться типичным для подобной доктрины. Фашистская система была разработана Бенито Муссолини, который до войны являлся лидером радикальной социалистической партии. Неспособность рабочего класса к солидарности в 1914 году убедила его в том, что национализм представляет собой более мощную силу. Свои идеи он черпал из множества источников. От анархо-синдикалистов он позаимствовал тактику «прямого действия», использование насилия и мобилизации масс. От «футуристов» взял их веру в положительный эффект насилия и идеализацию всего нового. От националистов, таких как Д’Аннунцио и Де Амбрис, он взял их корпоративизм и символы нового движения — легионеров и фасции (напоминающие о Древнем Риме), использование черных рубашек и так называемого «римского приветствия», которое было изобретено для кинофильма в 1914 году.

Имеется в виду фильм «Спартак» — хотя некоторые источники утверждают, что подобное приветствие использовалось и в фильме «Бен-Гур» 1907 года. (Прим. перев.)

Программа этой партии в 1919 году являлась радикальной и социалистической, но один за другим эти элементы были утрачены.

Фашисты получили лишь 15 % голосов на выборах 1921 года, но Муссолини в конечном счете пришел к власти в октябре 1922 года путем создания коалиционного правительства, назначенного королем. Позднее фашистская мифология, задачей которой было увязать реальность с лозунгами «действия», всячески раздувала так называемый «Поход на Рим». Фактически никакого похода не было, и Муссолини приехал из Милана поездом.

Положение Муссолини было неустойчивым, и лишь постепенно к концу двадцатых годов XX века была построена авторитарная диктатура посредством подтасовки выборов, краха социалистических и католических профсоюзов, возросшего движения в сторону корпоративизма и трансформации фашистской партии в более широкую государственную структуру. На практике же, несмотря на масштабную риторику о новой системе (получившей название тоталитарной), некоторым элементам плюрализма все-таки удалось сохраниться. Король Виктор Эммануил III был по-прежнему главой государства (именно он, в конечном счете, отправил Муссолини в отставку в 1943 году), промышленность и вооруженные силы оставались по большей части автономными, а поддержание порядка являлось функцией государства, а не партии. Фашистское правительство не было особенно деспотическим и по непопулярности не превосходило большинство правительств. В общем и целом, власть в Италии являлась консервативной, националистической, авторитарной и находилось в состоянии почти полной пассивности. Однако несмотря на это Италия в некоторых кругах изображалась и рассматривалась как динамичное государство с философским подходом к будущему и считалась образцом для подражания для других честолюбивых диктаторов.

Нацистское движение в Германии, несмотря на сходство в стиле и форме, сильно отличалось от итальянского фашизма. Нацизм опирался на расизм, а в его «философии» центральную роль играл антисемитизм, который отсутствовал в классическом фашизме (в 1938 году в итальянской партии состояло 10 000 евреев).

В отличие от Муссолини, Адольф Гитлер не имел никакого политического прошлого, когда в начале 1919 года армия направила его осведомителем для наблюдения за незначительной партией правого крыла, созданной в Мюнхене. В конечном счете он сделал в этой партии карьеру, став видным экстремистским политиком и лидером новой Национал-социалистической германской рабочей партии (NSDAP). Ее программа сильно напоминала программу ранней фашистской партии в Италии с ее комбинацией социализма и национализма. Однако она не пользовалась большой поддержкой — несмотря на послевоенный хаос, страх перед революцией со стороны левого крыла, французскую оккупацию Рура и беспрецедентную гиперинфляцию. Другие организации правого крыла обладали значительно большей поддержкой среди старой элиты, военных и националистических организаций. Попытка воссоздать «Поход на Рим» путем «Пивного путча» в Мюнхене в ноябре 1923 года за считанные часы окончилась унизительным провалом. Гитлер был отправлен в тюрьму. Здесь он изложил свое мировоззрение в работе под названием «Mein Kampf» (то есть «Моя борьба») — в ней пропагандировался расовый национализм, основанный на грубом взгляде на мир с позиции социального дарвинизма, и мещанский антисемитизм, в среде которого Гитлер существовал во время своего пребывания в Вене до 1914 года. Хотя Гитлер был лидером этого движения, его идеология была беспорядочной, и оно, находясь на периферии политики, не играло важной роли — на выборах 1928 года нацисты получили менее 3 % голосов.

Планы нацистской партии изменились вследствие экономического кризиса после 1929 года и неуклонного краха политической системы Веймарской республики. Нацисты особо подчеркивали важность активных действий и национального возрождения. Это выглядело привлекательным в ситуации, когда демократическая система не смогла как следует укрепиться, а большинство немцев так и не примирились с условиями Версальского мира, особенно с утверждением германской «виновности» в войне. Многие желали для Германии политического и военного статуса, соответствующего ее экономической мощи.

Поддержка нацистов стала быстро расти, когда кризис начал кусаться. В 1930 году они получили чуть менее 20 % голосов. В июле 1932 году нацисты набрали почти 40 %, хотя на выборах в ноябре того же года количество голосов снизилось до 33 %. Однако они оставались исключенными из аппарата власти, им не доверяли политики-националисты и высшие армейские офицеры. Ключом к успеху нацистов являлась не поддержка электората, а маневры в пределах военной и политической элиты в условиях, когда действие конституции было приостановлено, а правительство правило на основе чрезвычайных полномочий.

Именно в тот момент, когда нацисты зимой 1932/33 года переживали не лучшие времена, эти группы решили, что Гитлера, ставшего лидером крупнейшей в Германии политической силы, нужно ввести в состав правительства. 30 января 1933 года Гитлер стал канцлером в коалиции, которая, в подавляющем большинстве, состояла из старых консервативных сил — они считали, что смогут контролировать Гитлера и что нацисты станут не более чем популярным элементом в правительстве.

Гитлер сумел получить почти полную власть в течение трех месяцев. Он убедил своих партнеров по коалиции назначить выборы — а поджог рейхстага коммунистом-одиночкой послужил поводом для ужесточения мер безопасности. Даже при таких условиях и несмотря на пропаганду возрождения Германии, нацисты набрали чуть менее 44 % голосов — и получили меньше мест, чем социал-демократы в 1919 году. Они смогли получить большинство лишь благодаря тому, что националистическая Германская национальная народная партия поддержала законопроект о предоставлении правительству чрезвычайных полномочий — но его поддержали и все остальные политические группы (за исключением социал-демократов), включая католический центр.

К июлю все политические партии, кроме нацистов, были запрещены или же самораспустились. Теперь нацисты доминировали в правительстве, но продолжали править совместно с существовавшими до них институтами, особенно армией, которую успокоило объявленное Гитлером перевооружение и ликвидация руководства военизированных отрядов партии (СА) в июне 1934 года. Два месяца спустя Гитлер совместил пост канцлера и президента, став фюрером, то есть вождем германской нации.

<-- Европейская политика
Коммунизм -->